Сайт знакомств кулебаки табор сварщик

5brat: Кованные изделия

Фото девушек, парней, женщин и мужчин для знакомства в Кулебаках – ОГРОМНАЯ база РЕАЛЬНЫХ анкет людей – сайт знакомств. первый мед платные услуги opaxtitor.tk opaxtitor.tk opaxtitor.tk твиттер смешные композиция когда будет продолжение закрытой школы сайты знакомств в маннинил погода в кулебаках фильмы hd смотреть онлайн перестройка .. зарплаты работа сварщиком в санкт-петербурге minecraft скачать. Знакомства в Кулебаках для серьёзных отношений, брака или дружбы. Персона грата сайта знакомств SiteLove. Вас ждут на сайте знакомств.

Этот ров на просторах безбрежных Не прорвать, как натянутый нерв. Лопатами или кирками Мы в мерзлый вгрызаемся грунт. И пусть этот труд экстремален, С пути не дано нам свернуть. Не будет дороги фашистам, Им здесь не пройти, хоть зарежь. Стоит белоснежно-пречистый Непреодолимый рубеж. Гадам здесь не поздоровится: Строим ров к руке рука. Словно пояс Богородицы, Он сияет как Ока! Край родимый, богородский Здесь пришельцам не пройти!

Свечи светлые березки Воссияли на пути. Не падет под инородцами Русь родимая, народ. И к земле, где Богородица, Враг вовеки не пройдет! Трагичный немой граммофон, Как чучело птица-грифон. Здесь вовсе отсутствует звук. Молчит весь избитый сундук.

Безжизненны, мудро-тихи Истоптанные башмаки. Осколок отброшенных мод Весь черный от скуки комод. Похожий на горький излом Желтеющий фотоальбом. Я здесь, словно в прошлом, брожу И воздухом пыльным дышу, Разгадываю мираж, Как будто минувшего страж. Зрю в память, как в горестный мрак, Пока не поехал чердак. Буйство звуков, буйство красок, Романтических рулад, Так родит природа ласково Славных песен дивный лад. И в какие веки оны Богородский мужичок, Лыжи навострил в Семенов, Но об этом всем молчок?

А вот где ее достать? В тех краях-то сам Корнилов Соизволил проживать. По раздольному вприсядку, Хлоп в ладошки брызнет стих. Ты с трехрядкой по порядку Просвистишь, силен и лих. Родниковостью старинной, Духом керженским дыша, Светом русским и былинным Плещется твоя душа!

Афанасьевский свирельник Иль семеновский сверчок, Песенник и акварельник, Славный русский мужичок! И на паркетном на полу Они изящно отражались, Летя, дыша, как два пожара.

А вот и танец кончен жалость! Улыбка, пара слов, поклон И теплое одно касанье. И предвкушает Мендельсон Свое эффектное звучанье. И при свече в согласный такт Мелькающие силуэты. Под утро в уголке сверчок Запел восторженно-стозвонно. Уж канифолью трёт смычок Скрипач оркестра Мендельсона. На гроб ненавязчиво-твердо Положен был автопортрет. В гробу было глухо, как в танке. Его не открыли, увы.

Почти все сгорели останки Душа же превыше молвы. И поднят был гроб над землею. Потом лишь его погребли. Сравняли с безликой, сырою Основою вечной земли. А в небе душа трепетала Зеркальный сквозной силуэт.

И тот вдыхает края милого Бодрящий воздух на ветру. Он опьянён таким будильником И радостно идёт во двор. Кусочек сала в холодильнике. Луна сияет сквозь забор. Печурка в домике затоплена. Дымок звезду обмажет копотью. Чьи богомазы купоросили С отливом свежим ясный свод? Дед с бородой, что в снежной проседи, Вступает в день забот, хлопот. Пройдёт, чтоб красоту огоревать. Как в валенках шаги тихи! Промочит первачом он горлышко, Напишет новые стихи.

Знакомства в Кулебаках

Сменял он мытный край на Шилово. Здесь родина и тишина. Здесь вкусен воздух края милого. До боли сторона родна. Всё рухнет с душой пустою!

И мир лишь одни художники Помогут спасти красотою. Как важно до истины дожил, Пускай и не нажил хоромов. В сердце глядит художник, Токи всемирные тронул. Не вытравить суть художника Ни руганью и ни дустом. Навроде летнего дождика Омоет душу искусство. Полблюда блуда и салат из роз? Грызня и зависть, гонки за успехом. Кто первый срежет ленточку, тот прав? А кто сражен в овраг тот первый съехал?

Кто проиграл тот превратился в прах? Прости, хоть выше сил то, даже подлость. Спасется только жертва, не палач. Стерпя, минуешь это горький подвиг! Зубовный скрежет и горючий плач. Мы когда-нибудь под осень Победим. Ты ушла, как ледоход, Легкий, свежий Всеми гландами Пил я запах тех духов, Что вокруг тебя, как облако, Как парок души, витал. Сквозанула вдаль вот так! Отрешенно и невзвешенно Испарилась вся любовь.

Дух ведущий, плоть ведома Продуваемая даль! Такие дамы познавались Пушкиным, - О них он так пронзительно написал! О, как ты после душа хороша! Щекочешь ты меня гусиной кожей. Точеный торс А вот твоя душа На что похожа? И чего в России нынче нового Под её вонзаемым венцом? Окончил индустриальный техникум и высшую партийную школу.

Журналист с летним стажем. Первый рассказ написал в году. Опубликовано 26 книг и брошюр. Не иначе к Бобровым, у них давно батарея протекает. Она уже плохо видела вдаль и поэтому подумала, что ее соседка-подружка может ошибиться, и у нее зрение не молодое. Чай мы с Василием Степановичем в одной школе в юности учились, жили почти рядом: Я десятилетку закончила, а он после семи классов в наш техникум поступил. А через несколько лет пришел в наш сварочно-окрасочный цех мастером, стал диспетчером, потом начальником участка.

А я за это время из окраски перешла в контролеры ОТК. Нам по шестьдесят пять, ему, выходит, шестьдесят два, значит, на пенсии туго ему живется. Только тем, кто работает в аде. Раньше-то везде рай был: Да, вот вспомнила, не у него ли жена в прошлом году умерла? Старушки-подружки спустились со своего второго этажа второго подъезда во двор. Они теперь тут давно были старожилами, не считая, конечно, Василисы Петровны, но она уже несколько лет, почти обезножив, не выходит из квартиры.

А ведь прежде, бывало, на месте ни минуты не могла усидеть, все по знакомым да подругам, еще бы - сталинская стахановка и орденоноска, только нынешним молодым ее знания и награды, как они выражаются, до лампочки. Могут даже цветы положить к фотографии первой заводской стахановки в заводском музее, а то, что она и сейчас, легенда трудового энтузиазма, жива, невдомек, даже школьники ее уже, как прежде, не навещают, видно тот период истории больше не изучают в школах. От заводского профсоюза, правда, через посыльных, если они достучатся до Василисы Петровны, раз в год, на день пожилых людей, присылают дешевенькие подарки, и на этом спасибо, как бы не забывают.

У Бобровых по-соседски Мария Ивановна и Елена Степановна прежде были не раз, но после похорон Валиной мамы позвонили в квартиру под первым номером впервые. Когда-то Валина мама была штамповщицей на тяжелом прессе, выйдя на пенсию, стала быстро терять слух. До второго внука Данилки полгода не дожила. Вообще-то, Бобров - это зять, поселился он тут, сойдясь с Валей, лет двадцать назад, стал быстро любимцем всего двора: И их квартиру, когда надо туда зайти, все давно называли Бобровской.

Узнав про все хозяйкины дела, старушки стали выпытывать Валю про визит сантехника. Оказывается, Елена Степановна не ошиблась, это был действительно Пискунов. И еще удивительнее то, что он и денег за недолгую, правда, работу не взял ни копейки, сказав, что выполняет работу по вызову, а за это ему ЖКО платит.

Сама бы она обязательно все разузнала. Недаром во дворе все новости в первую очередь от Елены Степановны можно было услышать, тут такое событие, а она не в курсе дел. Случай поговорить с Василием Степановичем представился быстро: Когда оставалось минут двадцать до окончания рабочей смены, Елена Степановна заметила в окно, что в ее подъезд заходит слесарь.

Я тебя недели две назад в окно видела, когда ты шел к Бобровым. А у меня кран потек. Так у тебя, Степановна, насколько помню, два парня было прокладки в кране сменить несложно и самим. Вот и приходится помогать. Елена Степановна, увидев, что мастер дело свое знает, пошла на кухню, чтобы напоить бывшего своего начальника чаем и заодно выведать у него причины перехода в слесари и почему ему спокойно на пенсии не сидится. Подумала, что и самой не мешало бы поужинать, поставила на сковородке глазунью с колбасой, положив на всякий случай яиц и колбасы вдвое больше обычного.

Василий Степанович аккуратно коркой хлеба подчистил сковородку, поблагодарил за чай. Я слышала, что у тебя зимой жена померла. Пискунов сделал вид, что не расслышал вопроса, знал эти расспросы любопытных баб, от них после на душе становится тяжелее, да и ни к чему всем про его трудности знать. Одевая в прихожей куртку, он, извиняясь, сказал: Про сериал была отговорка.

А потом, когда она получила вторую группу инвалидности и не стала работать, то тоже пристрастилась к сериалам. У нее часто болела голова, разрывалась просто, так она спасалась как раз такими фильмами, отмечая их кружочками в телепрограмме, составляя свой недельный план телепросмотра.

Уселась Татьяна в кресло поудобнее и словно заснула Беда не приходит одна. После похорон и поминок, когда все разошлись и в квартире остались лишь дочь Светлана, зять и внучка Оля, услышал Владимир Сергеевич неприятную новость.

Дочь вынуждена уволиться из преуспевающей фирмы, вернее ее просто выжила заместитель, давно мечтающая стать главным бухгалтером, дошло вслед за жалобами начальству до пропажи документов, которые потом якобы нашлись у Светланы в сумке, когда она должна была уходить в налоговую с совершенно другими отчетами.

Словом, предложили под предлогом утраты доверия должность кладовщицы. Оскорбленная интригой, а об этом догадывались почти все сотрудники, Света предпочла уйти, бухгалтеры ныне везде требуются, но пока места не нашла, потому что и возраст уже за сорок, хотя и всего один год за, и слабое владение компьютером.

А ведь как раз изза маминой высокой бухгалтерской зарплаты Оля стала учиться в дорогом лингвистическом университете. А еще к учебным деньгам надо приплюсовать, это тоже заранее все просчитали, траты на питание, студенческий отдых, поездки на каждые выходные домой.

Дед обещал компенсировать дочерины финансовые потери лишь бы внучка из денежных, временных, как все надеялись, трудностей не прерывала учебу, а заочного отделения в этом университете просто.

В это не поверить было нельзя такие случаи бывали. Так что зятю пришлось довольствоваться учительской нищенской зарплатой.

Сайт знакомств в Кулебаках. Знакомства в городе Кулебаки.

Тут и шестидесятилетний юбилей подоспел: Еще не просохли чернила на приказе генерального директора о солидной премии лучшему на заводе начальнику участка, еще в памяти тостыоды юбиляру, еще ни разу не был включен подаренный коллективом музыкальный центр, а Василия Степановича вызвал на беседу заместитель генерального и предложил передать свои дела начальнику технического бюро цеха Ольневу.

Он почти полгода стажировался в Италии, потом занимался в цехе установкой дорогущей итальянской окрасочной камеры, каких пока нет ни на одном родственном заводе. И практический совет по поиску другой работы. После такой должности идти в мастера на самый трудный участок сварки остовов. Нет, лучше совсем уйти на заслуженный отдых. Завод давно в руках собственника, который еще не разу не удосужился лично посмотреть на очередное приобретение.

Зато директоров сменил и здесь, и в вышестоящей управляющей его собственностью компании трижды, видно не дождался от них таких прибылей, каких. Василий Степанович оказался самым пожилым начальником участка, остальные руководители среднего звена обученные за рубежом менеджеры, а у него всего-то техникум советского образца. Да и пожилымто трудно назвать: В спешке и не так можно было напутать.

Привыкший все буднее время с утра до почти середины второй смены быть на заводе, Василий Степанович на пенсии не знал, куда себя деть. Вставал поздно, не торопясь, завтракал, от помощи дочери в готовке горячих обедов категорически отказался, попросил только научить его обращаться с импортной стиральной машиной-автоматом, а гладить белье его и учить не надо, еще в армии перед увольнением в город всем своим друзьям парадную форму гладил.

Записался в библиотеку, куда не ходил лет тридцать, с тех пор как повысили в должности из диспетчеров. Тратил он деньги по-прежнему: Получаемую почти четырехтысячную пенсию тратил за полмесяца, не умея экономить на продуктах, выбирая качественное и дорогое, словно и не пенсионер. Поэтому и содержимое копилки с синенькими бумажками таяло как мартовский снег, да еще траты на похороны и трое поминок, свой юбилей, на помощь внучке. Когда жили еще вдвоем с Таней, то всеми покупками занималась она, а теперь самому приходилось ходить по магазинам, выбирая для простоты готовки полуфабрикаты.

Через полгода, когда исчезла вся заначка, пенсии уже стало не хватать, и сразу была освоена наука экономии. Но тут как назло цены на все к столу необходимое стали быстро подниматься, даже предстоящие выборы в Думу и потом через три месяца президентские не могли их остановить, потом они замерли, но все прекрасно понимали, что это все ненадолго.

Василий Степанович даже на бумажке написал свою смету расходов, получилось в обрез от пенсии до пенсии без страхового, на всякий случай, запаса, а ведь он обещал зятю и дочери, которая недавно все же устроилась на работу, но всего-то простым газетным киоскером, что будет иногда давать денег внучке на учебу. Вспомнил, что ему предлагали в родном цехе должность мастера на самом трудном участке, сварщики тут все почти алкоголики, но где взять хороших на такую зарплату.

Позвонил Ольневу, тот на полном серьезе предложил стать дежурным на воротах, которые надо открывать для прохождения окрашенного кузова в сборочный цех. Совсем недавно, полгода назад, он сам предложил это место уходящему на пенсию Юрке Дееву.

Одногодки, только Юрке, его так и в шестьдесят называли, было не зазорно, ведь долгое время был маляром, а однажды, надышавшись вредных паров, чуть выжил и перешел после больничного на автокару, но и он, видно, не выдержал новой работы. Не дослушав Ольнева, Василий Степанович бросил трубку. Новые одежда и обувь ему не нужны, имеющегося не переносить.

Автобусом он может и не пользоваться, давно мечтал заняться для здоровья пешей ходьбой. Можно еще отказаться от платы за кабельное телевидение: На чем еще можно сэкономить? Коммунальные услуги все дорожают и дорожают, от их платы не откажешься. Теперь он живет один, а за все платить надо столько же, сколько и вдвоем платили, но пенсия-то одна. Да, тяжела коммунальная ноша! Электрочайник этот новомодный да микроволновую печь надо, если возьмет, отдать дочери, ведь то же самое можно приготовить по старой привычке на газовой плите.

Теперь больше всего пугают неожиданные траты. Вот на днях всем подъездом собрали деньги на вместо насквозь проржавевшего железного пластиковый стояк, идущего по ванным комнатам. Заодно, пока работали слесари, Василий Степанович по примеру соседей протянул пластиковые трубы и на кухне от газовой колонки к раковине и дальше в ванную. Потом лопнула водопроводная труба, два дня оставались без воды, слесари только течь в одном месте залатали, как трубу прорвало почти рядом, снова раскопка-сварка, так опять чего-то недосмотрели слесари и опять течь.

Когда в третий раз стали закапывать траншею, работу пришел проверить лично начальник ЖКО, хорошо знакомый Пискунову по прежним производственным совещаниям, когда тот был в должности начальника строительного цеха. Василий Степанович сразу к нему с претензиями по поводу некачественной работы коммунальщиков и холода в квартире прошлой зимой.

Вот ты, Степаныч, пойдешь ко мне слесарем? Я, слышь, уже пенсионер, дома сидеть скучно, книги читать глаза быстро устают. Приходи завтра в ЖКО оформляться. Так вот Пискунов и стал слесарем-сантехником.

Руки у него не крюки, из нужного места растут. Многое и сам знал-соображал, а остальным сантехническим тонкостям от новых товарищей научился. Ну и пусть себе не пьет, хоть один в бригаде будет ударник капиталистического труда!

На том и порешили, оставив Степановича в покое. А зимой Пискунов еще больше всех знакомых удивил, согласившись работать еще и дворником, обслуживая по утрам три их девятиэтажки. Теперь он снова стал помогать внучке без ущерба для своего бюджета. Прочитал ее от корки до корки, давно таких интересных газет не видел, поэтому за следующим номером сам пришел к дочери, когда в киоске была ее смена, и попросил ему оставлять ее постоянно.

По телевизору даже новости смотреть перестал, ограничиваясь обзорами событий за неделю и аналитическими программами Марианны Максимовской и Алексея Пушкова.

Далекий прежде от политики, Василий Степанович стал интересоваться как раз больше всего политическими вопросами, международным положением. Ему понравились действия Уго Чавеса, который задумал в своей Венесуэле строить социализм, ему импонировали события в Китае, где коммунистическая партия строила что-то вроде капитализма с человеческим лицом, ему захотелось жить в Италии, где, как говорят, пенсия в среднем составляет восемьдесят процентов от средней зарплаты.

У нас так не будет, наверное. Про Италию ему рассказал директор школы Виктор Васильевич Махаев. В школе Пискунов не был с тех пор, как Света окончила одиннадцать классов. А теперь у школы, оказывается, юбилей полвека. Да-да, он учился в третьем классе старой школы, состоявшей из двух деревянных домов с проходными классами, когда их в ноябре перевели в новое, почти неподалеку, двухэтажное, с широкими окнами, здание.

Неужели пятьдесят лет с тех пор минуло! И нынешний директор, его одногодок, тоже учился в этой же школе.

возрождение выпуск 5 Литературно-художественные произведения авторов земли Нижегородской

С Виктором, еще не Васильевичем, Пискунов даже в детстве некоторое время дружил тот жил через улицу от Мастеровой. Может, по старому знакомству и забыл, что его бывший товарищ уже не начальник участка, пригласив его на юбилей как известного выпускника. Таких приглашенных на праздник оказался почти весь актовый зал. Сразу узнал свою любимую учительницу Лидию Петровну Дубкову, преподававшую русский язык и литературу. Какая она на этом черно-белом фото молодая!

Гораздо моложе его, нынешнего! Торжественные, но по-современному короткие речи, подарки. Оглядев зал, Василий Степанович узрел несколько знакомых. Все при парадных костюмах, в галстуках. Почти год назад он тоже бы так, наверное, был бы одет, а теперь вот пришел в свитере. Предстоял банкет для узкого круга лиц в кабинете директора, на который приглашен и Василий Степанович, но он после официальной части быстренько спустился в гардеробную, надев пальто и нахлобучив шапку, вышел на улицу.

Там кучковалось несколько мужиков, кто-то из них обернулся и помахал приглашающее Пискунову мол, давай, подходи в нашу компанию. Совсем другой контингент, не как в актовом зале. Несколько рабочих, знакомый мастер, они жили неподалеку от школы и, прослышав о юбилее, подошли к зданию просто так, из любопытства.

Но разговор шел не о школе, а о прошедших выборах в Думу и предстоящем голосовании за президента. Мужики обсуждали важные для себя вопросы: И, как уже не раз бывало, пришли к выводу, что от них все равно ничего не зависит. Зюганова, слышь, ругают за разные, не при нем произошедшие плохие дела, - высказал свое мнение Василий Степанович.

Поддерживая его правоту, мужики решили все вместе сходить в магазин, взять водки, нехитрой закуски и зайти в соседний парк, который сами сорок девять лет назад и закладывали. Пискунов вежливо отказался, а собеседники и не настаивали, зная его неприязнь к вину. Трехчасовое пребывание в школе дома Василий Степанович уселся в чуть продавленное кресло у выключенного телевизора навеяло приятное воспоминание о самой, на его взгляд, прекрасной поре в жизни любого человека: Тогда о политике даже взрослые почти не думали, чего тут размышлять: А вообще-то зря Хрущева за пристрастие к кукурузе ругали, все же прижилась она на наших полях.

Птицефабрики и свинокомплексы, увиденные им в Америке, тоже он заставил у себя строить. Зато теперь какой тут прекрасный микрорайон! Или вот взять школы тех лет. Трудно учиться иди в училище или в вечернюю школу заниматься, в институт мог поступить.

А вот его Светке надо у родителей каждый семестр деньги на плату за учебу выпрашивать-напоминать. Поговаривают в народе, что скоро все образование станет платным. Вот это будет беда бедой, нового Ломоносова не дождешься. Хрущев бы в гробу перевернулся, узнав про нынешний вроде бы капитализм, без человеческого, разумеется, лица, а с бандитскими и олигархическими рожами. А, может, мы сами виноваты в случившемся с нами и со страной, которой теперь уже.

Наверное, и вправду говорят, что когда к власти пришел Андропов, он понял, что трудиться так, чтобы догнать японцев, при тогдашнем положении нам просто невозможно, люди приучились к благодушию. И вот он решил испытать страну диким капитализмом, чтобы люди взвыли от несчастий и уже стали сознательно строить под водительством умного человека совершенно другой социализм.

Правда это или нет, сказать трудно, а вот у мужиков в памяти осталось от него только копеечное снижение цен на водку, марку которой острословы расшифровали так: Вот Она Доброта Коммуниста Андропова. С другой стороны, если пройти по городу, продолжал на следующий вечер размышлять Василий Степанович,снова усевшись напротив выключенного телевизора, можно заметить много построенных домов невообразимой порой архитектуры.

А как старательно преображаются с современными этими сайдингами, металлочерепицами, пластиковыми окнами и другими материалами, про которых раньше и не слышали, у рукастых хозяев невзрачные некогда старые деревянные частные дома! И все потому, что купить желаемый товар ныне не проблема, про любой дефицит давно забыто. Главное, нет недостатка в продовольственных товарах. Анекдот еще тогда ходил: Брежнев спрашивает у секретаря обкома партии о мерах по ликвидации дефицита колбасы.

Тот докладывает, что меры приняты: Когда родилась Светка, то зятю приходилось выстаивать с утра длинную очередь за молоком, а то и еще молодой дед, если вдруг в их магазине молоко кончится, выстаивал с ведерком очередь в другом магазине.

А сейчас его хоть залейся. Да, жизнь на торговом уровне неизмеримо улучшилась, стало как за границей, а в те годы очень удивлялись обилию товаров ездившие туда по научным делам или по туристическим спутниковским путевкам знакомые комсомольцы-горожане. А может, сейчас у нас даже стало лучше, чем у. Только вот деньги на разнообразные покупки есть не у. Никто из знакомых, прикидывал Пискунов, не может купить ни квартиру, ни автомобиль-иномарку.

Степанович открыл сервант, в котором лежали деньги, припасенные для внучки, у которой появились непредвиденные родителями расходы вся ее университетская группа едет в Москву, Звездный городок, Королев, Сергиев Посад.

Дочь ушла, Василий Степанович открыл полюбившуюся газету, из которой он иногда делал вырезки с интересными статьями, в которых еще для памяти подчеркивал понравившиеся мысли или значимые цифры: Сам, родившийся на следующий год после Победы, прекрасно помнит то время, когда все одевались нище, но были добры друг к другу, когда, только позови на помощь, тебя не забудут.

Улица Мастеровая выросла за одно лето на таких вот помочах, когда приедут в воскресение субботы были рабочими родственники из деревень, придут друзья из цеха, соседи и соберут к позднему вечеру из размеченных заранее только что ошкуренных бревен дом. Даже ему, четырехлетнему Васятке, находилось дело: И все были счастливы.

А сейчас куда ушла радость? Сам запутался в думах о том, когда было хорошо, а когда плохо, а если сейчас плохо, то когда будет лучше? А может правильно говорят, что голосуй не голосуй А чего и на кого сетовать? Прав кто-то из поэтов, чьи строчки запомнились: И, может, правы китайцы, желая недругам, чтоб они жили во время перемен. И советские времена нравятся - не нравятся, и к нынешним тоже отношение двоякое.

Наверное,это от неустройства собственной пенсионерской жизни. Те, кому хорошо, ругать действительность не. Светланке вот не над чем голову ломать, она о нашем советском якобы застое будет судить так, как сам он в детстве равнодушно слушал рассказы дедушки Михаила о гражданской войне, о том, как по долинам и по взгорьям шли дивизии.

Но ведь и дедушка Михаил, возвращаясь из Приморья, не думал,что еще будут войны пострашнее. А какие неожиданности ждут внучку, может, ей придется через четверть века переучиваться на переводчика не с английского, а с китайского языка. Тот зашел к тестю под благовидным предлогом попросить очередной том Астафьева, а на самом деле дочь решила или сама или с помощью Бориса все же регулярно бывать в квартире отца и при необходимости оказывать какую либо помощь.

Василий Степанович, конечно, эту маленькую хитрость давно раскусил, но ему было приятно, что о нем заботятся, о нем беспокоятся. А у него силы хоть отбавляй, вот вчера начальник ЖКО попросил временно наводить прядок и около соседних с его девятиэтажными домами трех пятиэтажек, тамошнего дворника после нескольких невыходов на территорию пришлось уволить.

Его вынули живым, но с седой головой. Стасик неделю переживал, пугая окружающих непривычной задумчивостью. На восьмой день утопился. Так решили соседи, найдя его рубашку у колодца. Часа два они совали багры в глубину, пытаясь найти хоть чего-нибудь. Громкая ругань разбудила утопленника, спавшего в кустах малины. В своей жизни он мылся однажды в роддоме при рождении. Воды боялся - и не зря - через пару лет он утонул в пруду. Пошёл в подвал знакомиться с местными художниками.

В мастерской было пять человек, громадный оформительский стол украшал десяток квадратных флаконов ядовито-синего цвета. Сам цвет стекла вызывал спазм желудка - внутри мог быть скипидар, кислота или нечто подобное, но народ это пил. Делалось на русского потребителя. Нет, пить с утра, да еще такое!

Руки продавщицы замерли в воздухе, глаза остекленели. Оказалось, я первым назвал вино по этикетке. На закуску была одна карамелька чудаковатого вида, после стакана бормотухи она ныряла в рот, минут через пять выплевывалась в том же виде и шла на закусь следующему.

В мастерской могло произойти что угодно, оно и происходило. Но никогда и никто не терял карамельку. Последним жестом опившийся мастер клал ее в угол полки и падал в небытие. Ей было уже лет сорок, она сопроводила тонны и тонны алкоголя, не теряя формы и вида. В кабинет Шилкевича я вошел часа через три - Вот прибыл.

Зачем начальнику пить с подчиненным? Первый день закончился в доске почёта, второй - завершился ужасом. Ислам запрещает алкоголь, какое вино могли делать мусульмане никому тогда неведомого Нагорного Карабаха? Лестница из подвала выходила в длиннющий коридор дома культуры.

По ярко освещенному коридору по воздуху двигался стул! Как шаровая молния он делал зигзаги, не касаясь пола. Он плыл легко и свободно! Зрелище было фантастическим и загадочным По коже побежали мурашки.

Ужас свел челюсти - допиться за два дня до белой горячки? Стул развернулся на девяносто градусов Пьяный артист - лилипут героически держал его на спине я же не знал, что приехала труппа лилипутов. Народ в семидесятые диссидентов не знал, так слышали что-то о них, мелких, бесполезных, не нужных никому ни тогда, ни сорок лет спустя. Подпись в любой конторе реально получить было в промежутке между часами дня- начальство уже опохмелилось, но еще не нажралось.

Пили по-разному, но. Райкомовцы пили в гараже райкома, врачи - в ординаторских, учителя - в лаборантских. Пили и комично и трагично. Поздно ночью к зав станцией переливания крови прикатили коллеги - гибнет роженица, кровотечение, группа крови редкая, запасов нет… - Я обалдел - рассказывает он- у меня на весь район два донора с такой группой. Один - рядом, другой на краю района. Прямое переливание, врачи не отходят. Пьяная кровь хоть кого-то спасла!

Но ребенка кормить грудью не разрешили - мал еще такое пить! Только он мог договориться с заказчиком на самые невероятные суммы. Село было с репутацией чудаковатого - якобы через дом живут дураки и плотники - и так все от околицы до околицы. Вчера он сдал заказчику панно на тему развития Нечерноземья, и даже смог убедить председателя колхоза, что лысоватый узбек в правом верхнем углу - это и есть Ленин.

Дел было невпроворот - заказ сдан, но роман с деревенской поварихой следовало довести до логического завершения. Машина почти села на днище, но всё же кряхтя и постанывая, повезла влюбленных в лес. Удивительным образом Моргай мог обольстить любую женщину, получая в ответ очередное приключение- так в армии а служил он художником в неком военном училищеон обольстил сочную крановщицу башенного крана на высоте сорока метров.

Приключения в стеклянной кабине не обошлись только коленями, в кровь разбитыми об рычаги крана какой дурак такие кабины конструировал? Надо было слезть вниз, а это оказалось на уровне воинского подвига вверх получилось легко - перед глазами маячили мягкие части крановщицыа вот вниз Итак, влюбленные уехали в лес Знакомиться со мной он пришел вечером. Вид его был ужасен.

События повернулись не по сценарию - в лесу начался дождь, пришлось остаться в машине. Короче говоря, только часа через полтора повариха частями выбралась из-под Коли и молча ушла всё нужное она с визгом, матом и слезами высказала за те самые полтора часа, выползая как шахтер из под завала. Я полгода удивлялся его популярности - на улице с ним здоровались все встречные поперечные, и лишь потом понял - в селе все знают всех, понял, когда и со мной стали здороваться все Почти год я с семьёй мучился в трущобах, потом получил роскошную, но маленькую квартиру.

Её мне дали в престижном райкомовском доме об этом стоит рассказать отдельно, и я расскажуи каждый вечер во двор въезжали редкие тогда Уазики, возвращая тела районных руководителей женам, детям под начальственное мычание. Шла первая волна борьбы с алкоголизмом, за пьянство карали жестоко, но выборочно. Журналюгу - правдоискателя поили и привозили в райком в момент приезда областной комиссии, вредного обэхэесника в таком же виде привозили к приезду милицейского генералапричем выносили из машины без сапог.

Первые два месяца я жил в районной гостинице и мой сосед - инспектор из Горького поведал такую историю Приехал он к зав РОНО, идет и видит у дверей стоит в хлам пьяный мужик, а время - то около восьми утра! Заместитель зав РОНО, милейшая дама огорчила: Каково же было удивление увидеть назавтра в кабинете заведующего того, вчерашнего! И, закончив проверку, инспектор на банкете пожелал: Гостиница того времени - вещь потрясающая!.

Партия приняла программу поднятия села, хлынули немереные, несчитанные деньги. На их запах мчались бригады армянских чабанов, одуревших от овчинного запаха. Заключались договора на строительство дорог, дороги мазались асфальтом, деньги делились с начальством. Весной асфальт смывали дожди, и очередная бригада мазала центнером битума километр дороги. Очень интересные впечатления оставила гостиничная шоферня.

В село пригонялись машины на ремонт. Они выдавали детали, ремонт делали сами шоферюги, по вечерам в гостинице кипели драки- шофер бил шофера за то, что тот заплатил больше, и деталь, обещанная первому, уходила второму.

Особый контингент составляли всякого рода проверяющие из области. Портфель Бориса Васильевича помнил времена Хрущева, был потерт до белизны и вмещал шесть поллитровок портвейна. Вернувшись с фабрики, он со сладостным стоном выпивал бутылку - другую вина, брал шахматы карты домино и обходил соседние номера. Табор Самвелов и Ашотов разогнали по частным квартирам. Играть было не с кем - учительницы литературы думали лишь о паломничестве к старинной усадьбе, и денег с собой не имели.

Игра была глупой, но забавной, оказалась незнакомой Борису. Но играть вдвоем было скучно, и Борис привел третьего. В те времена сорок рублей было достаточно, чтобы прожить месяц, но жизненный опыт дорогого стоит И вот оно - появление главного героя моего повествования!

Через поле от села Лукопьянова раскинулось село Ивашкино, по размеру почти равного райцентру. Через двадцать пять лет он станет всемирно известным деятелем инозабугорского мира, а пока он всего лишь художник - оформитель.

Коля был представителем одного из коренных народов России. Национальная тема опасна и чревата. Нации состоят из людей разных по характеру, образованию, интеллекту. В дальнейшем это стало изюминкой внутренней национальной борьбы. Еще раз объясняю - делаю это с целью обойти подводные камни национальных обид Целью жизни Коли было стать хоть каким-нибудь начальником, еще в раннем детстве он мог часами любоваться на президиумы всякого рода собраний и совещаний.

Вершина жизни - сидеть за столом с многозначительным лицом, делать некие пометки на листочках, но главное- ходить по селу с папкой по мышкой!. Папка создавала впечатление некой загадочности, имела глубокий сакральный смысл.

С давних тридцатых годов селяне папку боялись и чтили, видя в ней некое таинство, страшное и непредсказуемое. Но мешала врожденная туповатость - для карьеры она необходима, а вот для учебы была помехой, так что школьное обучение закончилось слезами матери и справкой о шести классах обучения.

Работать в колхозе было унизительно, предчувствие великого будущего отвращало от навоза и трудодней. Три года Коля просидел дома, плавая в мечтах о невероятном случае, который вдруг подхватит его, избранного и вознесет сразу наверх - туда, откуда так приятно поплевывать. Заочный народный университет искусств предлагал обучение художникам-любителям. Поступление заочное в любое время года, плата мизерная, труды нулевые.

Обычная изостудия, но с каким названием - Университет! Он послал в ЗНУИ документы и пятнадцать рублей, и был зачислен. От армии он откосил, добыв справку. Справка была об астме - болезни неуловимой, но не помешавшей пойти работать кузнецом на ремзавод. Много лет спустя он два часа выламывал доску из пола мастерской, чтобы достать закатившуюся в щель двадцатикопеечную монету, что же говорить о двухсотрублевой зарплате кузнеца, о которой он был наслышан? Быть кузнецом оказалось тяжело, да и неумение учитьсядумать, соображать опять же помешало.

И он стал художником! Клубный автобус переваливается по колдобинам села Иваново, впечатление такое, что до этого на улицах танки сношались - автобус бился днищем об землю, вставал на дыбы, мы ехали за картинами Коли Дуба. Аркадий Пластов может и обрадовался бы переосмыслению, но понять такую живопись он бы не смог - забелы, сажа газовая в тенях, дикая игра цвета Ну раз уж приехали Опять копия, но размер небольшой - метр на полтора, правда, рама сколочена из половых досок.

Вдвоем с автором мы доволокли портрет до автобуса, шофер Цибуля глянул на портрет, сглотнул слюну: На него смотрел женский портрет со страшной челюстью, с ушами на висках, было видно как у Цибули появляются седые волосы на голове.

Цибулю в Лукопьянов впервые занесло в войну, здесь он залечивал в госпитале ранениесюда же и приехал в сорок пятом. Ехать на Украину, в руины и голод не хотелось, да и не к кому От стакана паршивого самогона он сильно запьянел и всю дорогу то всхлипывал, то тихо посмеивался: Картина больно ударила по сердцу С пятерых художников я набрал десяток пейзажей, портретов и прочего самодельного хлама, и свез все это в дом культуры. Культура жила веселой пьяной жизнью, как ни странно, в пьяном угаре работал духовой оркестр, который вывозили даже в Москву.

Оркестр был потрясающий, но о нем чуть. Так они пересказывали Пола Мак-Картни через кинаповские усилители. Душой и забойщиком был Леша Мартынов - двухметровый парень с волосами до плеч. Жил он легко и весело, был очень приятен в общении. Он - балагур и шутник, он мажет соседям дверные ручки дерьмом, бросает живых кошек в раствор едкого натра и долго потом смеется, видя дрожащее существо без шерсти, кожи и белыми выжженными глазами.

Он так и остался на всю жизнь человеком веселым и раскованным, и великолепно вписался в жизнь эпохи Путина. Эпоху счастья для таких, как он В мастерскую влетел низенький мужичонка. Пожать его руку было трудновато, но я, пересилив тошноту, сделал.

Минька Соплев был дитя военного времени из голодного села голодной эпохи. Оголодав в детстве, он никогда не становился сытым, мог съесть что угодно и сколько угодно, переводя пищу в неуемную энергию. Энергия била ключом, опережая рассудок. Эту бы энергию да в мирные бы цели Бежать из деревни, не имея паспорта можно было тремя способами - попав в армию, попав в тюрьму, или уехав учиться.

После этого можно было завербоваться на стройку, устроиться на химзавод, получить жилье и забыть село. Сотни тысяч селян съезжались строить химлабораторию - город Дзержинск, жили в крошечных комнатенках в бараках, питая своей кровью клопов и растаптывая тараканов. Тело и кровь пропитывались парами дихлордифинилтрихлорметилэтана, лица и руки желтели от тринитротолуола, рачок груз изнутри, но никто и никогда не рвался назад на сельские просторы.

И тут забывалось, что ты не в селе, а на проспекте Менделеева, тут была отдушина. Сельское прошлое преследовало исподтишка, и нынешний слесарь, вчерашний тракторист ставил на задвижку не ту прокладку, ее прорывало, травились люди, но никто не обижался, все были довольны Химия - чего поделаешь?

Минька выучился на учителя, но попал в редакцию местной многотиражки. Черные с детства, с потрескавшейся кожей, они должны были смотреться как орден за непомерный труд, но производили впечатление вещи, найденной на заднем дворе конюшни. За летний день на моих глазах он голыми руками снял двигатель Москвича, разобрал его до последней гайки, раскидал все это по земле, и повторил в обратном порядке, заталкивая поршни в цилиндры молотком, не очищая от песка и пыли, при этом заменил прокладку двигателя, вырезав новую из линолеумак вечеру машина была собрана и начался процесс очередной покраски кузова.

Где-то он украл бочку жёлтой нитрокраски, причем это не была эмаль, а именно нитрокраска- до предела вонючая, мутная, но быстро сохнущая. Ею красилось все - от кувалды до ворот гаража и кузова машины.

Даже пылесос, коим все это совершалось был жёлт. Зрелище было достойное, так что соседские мужики бросили домино и собрались кружком. Это была шестая покраска за месяц. И это было гораздо проще, чем вымыть кузов от грязи, но Через час Москвич был лохматым как породистый кот, но пах нитрокраской. Дураки долго не расходились, пытаясь понять тайный смысл события.

На следующий день клочья пуха были сметены рукой и нанесен еще слой краски. Смысла не было, была какая-то затаенная ненависть к хорошей вещи, которая почему-то еще не отремонтирована, а следовательно до этого не изуродована. Впервые в жизни я столкнулся с этим явлением году так вбыло мне тогда шесть лет. Голодными мы не были, но игрушками меня не баловали, да и едва ли что можно было выбрать в магазине в те времена. Отец сделал грузовик из кровельной жести, большой, красивый, но главное с мотором!.

Двигатель от патефона бойко катал игрушку. На третий день, улучив момент, когда я ушел на обед были макароны с тушенкой - как сейчас помнюмой друг-ровесник раздолбил игрушку вдрызг. Наглый и самоуверенный Миня в каждой организации через профком добывал кино- и фотоаппаратуру. Затем это все ломалось.

Без крышек, без футляров Удивляться было нельзя - хозяин сразу срывался на крик и начинал доказывать, что именно ты - дурак, сопровождая речь потыкиванием указательного пальца в глаз.

Вид немытого пальца летящего в зрачок усмирял любого. Итак, это второй герой моего повествования. Ой, что будет дальше?!. Так он объявил себя кинофотостудией. Как он добился этого титула не известно, но такое случилось. До глубокой старости на его голове так и не появился ни один седой волос, чем он несказанно гордился. В Лукопьянове люди жили от рождения до смерти. Редкие попытки уехать в Горький заканчивались быстрым возвращением. Ярким пятном оставались армейские годы в стройбате или еще.

Сильке повезло больше всех - он служил за границей. С годами воспоминания обрастают фантастическими и героическими подробностями, а вот Силька сразу же дембельнулся с таковыми. Увидев меня и оценив свободные уши, он рассказал свою героическую историю, как его якобы украли враги-буржуи, чтобы подменить двойником-шпионом.

Он вовремя их понял, обвел вокруг пальца и перебежал. Я бац на землю - она надо мной Пьяные слезы героя убеждали до глубины души- ведь спасся! Хотелось в ответ тоже рассказать нечто героическое, но я еще не умел, я еще не стал лукопьяновцем, а оставался парнем из химической столицы нашей Родины.

Школа намечается - есть приказ, ищется помещение, но чувствуется некая сложность- оказывается, заявку на открытие школы и направление специалиста послали так давно и, очевидно ,спьянучто до сих пор не ясно - а на кой хрен? Зав отделом Шилкевич уже уехал в неведомом направлении, тихо и незаметно, на его месте другой- Слава Васин.

Он был моим ровесником, но обладал редким даром - это был талантливый чиновник!